Когда много лет живешь на своей яхте, даже если она никуда не ходит, то достаточно большое количество времени тратится на поддержание ее в порядке. И это не только постоянная уборка и мойка снаружи и внутри. И не только ремонты и замены всяких устройств и механизмов.
Раз в несколько лет приходится делать более трудоемкие, грязные и физически тяжелые работы.
А учитывая, что мы почти никогда не стоим на месте и за эти долгие годы пошли более 250 тысяч километров по морям-океанам, то для нас это вообще вопрос практически сакральный. 
Если вы подойдете к любой не новой яхте в марине и проведете у нее по борту рукой, то, скорее всего, на руке останется белый налет. И надеюсь, что вы сейчас не по своей яхте провели.
Что это такое? Это значит, что гелькоут на этой яхте умер и очень быстро разрушается. Солнце, соль и даже моющие средства беспощадны к гелькоуту. Они выжигают и вымывают смолу из покрытия, оставляя только наполнитель. Верхний слой становится рыхлым и мутным, при этом оставаясь более-менее белым. Даже не так — он как раз и становится белым, как мел.
В общем, выдалось у нас тут очень редкое событие — встали на целых пять суток в марину, прячась от очень неприятного циклона, накрывшего Канары. Последний раз так надолго заходили в порт четыре года назад. В 99 процентах случаев мы проводим в марине сутки раз в несколько недель. Грех было не воспользоваться этим временем.
В целом корпус находится в идеальном состоянии, однако на широком планшире и части бортов выше привального бруса полировка сошла и, как я и сказал, на руке стал замечен белый налет.
В последнее время появилось огромное количество по-настоящему хорошей яхтенной химии. Не того дорогущего барахла, которое продавали еще несколько лет назад и которым у нас забит целый локер, потому что оно не работало, а выбросить руки не доходят. Хорошей.
Ну вот. А теперь оцените фронт работ по восстановлению борта катамарана:
• Тщательно микрофиброй моем поверхность с «Фейри». Он смывает все жиры. Промываем.
• Обрабатываем борт кислотой (например, ортофосфорной), чтобы убрать желтый налет от окислов металлов. Промываем.
• Так же тщательно моем поверхность средством, растворяющим известь и солевые отложения («Фейри» и кислота не возьмут). Я использую NauticClean 09. Смываем.
• Сантиметр за сантиметром проходим по борту автомалярным пластилином, чтобы убрать все, что осталось, и вытащить грязь из микротрещин. Борт после этого становится блестящим, словно покрытым маслом. Но это иллюзия.
• Берем полировальную машинку и начинаем работать.
• Сначала грубым полиролем, срезая верхний, поврежденный слой гелькоута. Обычно это где-то 0,05–0,1 миллиметра.
• Потом средним полиролем, убирая царапинки от первого.
• И потом финишным, чтобы вернуть блеск и глянец. Я использую NauticClean 13-12-11 по порядку. Но это непринципиально, полироль любой автомобильный подходит.
• Моем снова тщательно «Фейри», смывая остатки полиролей. Смываем.
• Моем поверхность обезжиривателем. Разбавленным водой медицинским спиртом или неразбавленным изопропиловым. Только не ацетоном или средствами с ПАВами типа «для мойки окон».
• Берем две чистые микрофибры. Одной наносим на гелькоут слой керамики, второй сразу же его заполировываем до равномерного блеска. Керамика мгновенно заполняет все поры в гелькоуте и намертво застывает. Я использую средство Ceranium.
• Ждем час. Через час повторяем процесс нанесения керамики.
• Важно, что керамика застывает почти мгновенно — там сложный молекулярный процесс взаимодействия со смолами и наполнителем гелькоута. Есть буквально одна минута, чтобы тщательно вдавить внутрь и располировать нанесенное покрытие. Поэтому работать приходится по кусочкам.
В результате должна получиться поверхность, ничем не отличимая от новой яхты только что со стапеля. У меня ушло по двое суток с рассвета до заката на каждый борт. Зато не могу нарадоваться на результат.
Тело, правда, потом несколько дней находится в возмущении. Болит всё — мышцы, суставы… все-таки шестьдесят лет. Но зато душа радуется, а она главнее тела.